История создания ЗАЗ-965 «Запорожец»

Однажды в голову Никите Хрущеву пришла идея обогнать Штаты и по количеству автомашин на душу населения. Правда, в отличие от Америки, наша машина (как и квартиры) должна была стать малогабаритной. Ну, не нравились Хрущеву крупные вещи! И выбор пал на «фиатовскую» новинку. Вскоре обширный доклад о «Фиате-600″ лег на стол к Хрущеву. Основной мыслью доклада была необходимость массового выпуска в СССР машины, «доступной широким массам трудящихся». Было выпущено соответствующее постановление ЦК. Задание на конструированию опытного образца и запуску машины в серию было дано московскому заводу «Москвич». Модель получила номер «444″. Строкин, за образцовое выполнение задания ставший заместителем председателя Госплана, о малютке не забыл, и уже в октябре 1957 года опытный образец был готов. По ходу создания модель «444″ претерпела изменения: 12-дюймовые колеса были заменены на более крупные, 13-дюймовые. Так сказать, «с учетом дорожных условий нашей страны». Такая замена привела к ухудшению внешнего вида автомобиля и замене конструкции передней подвески. Родную «фиатовскую» подвеску переднего моста на поперечной рессоре пришлось заменить на «позаимствованную» у автомобиля «Фольксваген-Жук» подвеску на продольных балансирных рычагах и пластинчатых торсионах. Сдвижные стекла дверей были заменены на более совершенную опускную конструкцию. Несколько изменился и стиль внешнего оформления: исчезла стреловидная штамповка на двери и декоративная гребенка над проемом заднего колеса.
Но главная проблема заключалась в двигателе. Все дело в том, что на «Фиате» стоял 4-цилиндровый двигатель водяного охлаждения. Двигатель обладал хорошими тяговыми характеристиками, был достаточно экономичным и надежным. Однако АЗЛК не имел производственных мощностей для его выпуска. А сроки поджимали. Проще всего было бы использовать один из уже выпускаемых двигателей. К сожалению, ни «Москвич», ни другие автомобильные заводы не выпускали серийно малогабаритных двигателей. Первоначально в качестве штатного двигателя специалисты Госплана предполагали использовать мотор «МД-65″ Ирбитского мотоциклетного завода. Строго говоря, это была модернизация двухтактного мотоциклетного мотора «ИМЗ-М-61″. Мощность этого «чуда техники» составляла 17,5 л. с. Главными недостатками были малый ресурс (всего 30 тысяч км до полного капитального ремонта) и ряд конструктивных недостатков: неудачная система воздушного охлаждения, роликовые подшипники шатунов, глубокий картер. Последнее вызвало наибольшие проблемы: значительно уменьшился дорожный просвет. Чтобы ликвидировать этот изъян, в привод задних колес конструкторы ввели редукторы. Но маленькая мощность и, как следствие, очень плохая динамика разгона, постоянный перегрев делали машину непригодной к практическому использованию.
Важное правительственное задание оказалось под угрозой срыва. Разработчикам оставался только один путь — выбирать среди готовящихся к выпуску разработок. На тот момент имелось три возможных варианта. В институте НАМИ проходили доводку два подходящих двигателя: «НАМИ-В» (копия мотора машины «Фольксваген-Жук») и «НАМИ-Г» (основой для которого послужил один из двигателей «BMW»). А на самом «Москвиче» шли стендовые испытания двухцилиндрового оппозитного двигателя на базе французского «Ситроен-2ЛС». Следует заметить, что все эти двигатели имели воздушное охлаждение. Были проведены полномасштабные испытания опытных образцов машины со всеми вариантами двигателей. Наилучшие показатели были у «НАМИ-В». Это и не удивительно: на предприятии «Фольксваген» он разрабатывался для машины с аналогичной компоновкой (заднее расположение силового агрегата), выпускался с 1947 года, был технически и технологически доведен. Единственным недостатком была сложность операции регулировки клапанов из-за оппозитного расположения цилиндров: мешали колесные арки. Все было готово для начала серийного производства. Однако коллегия Госплана приняла совершенно иное решение.

Во-первых, производство перенесли с завода «Москвич» в Запорожье, на бывший завод сельхозмашин «Коммунар». Во-вторых, в помощь разработчикам были задействованы специалисты ряда других КБ, в частности из группы Б. М. Фиттермана (НАМИ). В-третьих, в качестве мотора, мотивируя более высоким техническим уровнем, было решено использовать «НАМИ-Г» — вопреки решительным возражениям разработчиков. И для возражений был повод. «НАМИ-Г» имел осевой вентилятор охлаждения — то есть был рассчитан на охлаждение встречным потоком воздуха. Иными словами, должен был располагаться только впереди! Что же побудило Госплан остановиться именно на этом варианте? Аргумент был довольно весомый: «НАМИ-Г» был практически готов к серийному выпуску, имелись соответствующие производственные мощности. Умалчивалось, правда, о том, что мотор этот имел отнюдь не гражданское происхождение, а разрабатывался специалистами ВПК для легкой десантируемой амфибии. Как следствие этого, ряд технических решений (расположенный сзади масляный радиатор, высокое расположение трамблера, корпус из алюминий-магниевого сплава, облегченные блоки цилиндров) диктовался основным заказчиком (то есть армией) и доставляли массу хлопот при гражданском использовании. Ограничения на уровень шума не накладывались, поэтому мотор «трещал» вовсю. Но в целом это был достаточно передовой для своего времени двигатель, имеющий ряд оригинальных технических решений. Его основой послужил мотор немецкой фирмы «BMW», разработанный в начале 50-х годов для десантируемого вездехода.
Так или иначе, существенно изменившаяся группа разработчиков в спешном порядке приступила к оформлению окончательного варианта машины. Размеры нового двигателя, уже получившего официальное название — «МеМЗ965″ — оказались несколько больше, чем используемых ранее. Самым неприятным было то, что из-за V-образного расположения цилиндров под углом 90T двигатель просто не помещался в моторный отсек по высоте. Пришлось спешно изменять все заднее оформление машины. Это было сделано «малой кровью»: покатый и ровный задний капот был заменен на выпуклый, незначительно изменены задние крылья. После ходовых испытаний выявился более существенный недостаток: несогласованность двигателя и коробки передач. «Фиатовская» коробка была рассчитана на более высокооборотный двигатель. Требовалось изменить основные передаточные числа, конструкцию сцепления, форму картера.
Разработчики находились уже в жестоком цейтноте. Самым логичным выходом было использовать коробку, разработанную в паре с «МеМЗ» для армии. Но она представляла единую конструкцию из собственно коробки, картера сцепления, дифференциала, демультипликатора и раздатки. После недолгих размышлений решили «отрезать» блок «демультипликатор—раздатка» и изменить конструкцию механизма выбора передачи. Одновременно пришлось внести изменения в конструкцию кузова и задней подвески. Для этих работ были привлечены сотрудники из группы Б. М. Фиттермана — разработчики той самой десантируемой амфибии. К тому времени им удалось создать немало удачных автомобилей повышенной проходимости для вооруженных сил, например, «БТР-40″ и «БТР-150″. Предыдущий опыт конструкторов отразился и на микролитражке: независимая подвеска, силовой агрегат от внедорожника (правда, «ополовиненный»), плоское днище, удачное распределение нагрузки по осям (60 процентов нагрузки приходилось на ведущие колеса) — вот источники фантастической проходимости «горби» — сказывается происхождение! Итак, с горем пополам разработка машины была закончена.
Модель получила официальное имя «ЗАЗ-965″. По сложившейся традиции новую машину повезли показывать в Кремль. 18 июля 1960 года водитель-испытатель завода «Коммунар» А. В. Скидаенко провез Н. С. Хрущева вдоль здания Совета министров СССР, развернулся на Ивановской площади и поехал обратно. Хрущев остался доволен новинкой, назвав ее «хорошим подарком трудящимся». Цену на машину установили равной 18000 рублей в старом масштабе цен (до деноминации 1:10, проведенной в 1961 году).
22 ноября 1960 года завод «Коммунар» выпустил первую партию «ЗАЗ-965″, которая поступила в продажу. Сразу стали заметны «врожденные» недостатки «горби»: маленький объем багажника, высокий уровень шума двигателя, плохая динамика разгона, перегрев двигателя летом, затрудненный пуск в мороз, теснота салона. Двери с задними петлями были уже устаревшим решением. Кроме того, случайное открывание двери при движении представляло огромную опасность: автомобиль полностью терял управление. Учитывая все это, коллектив конструкторов завода «Коммунар» во главе молодым с главным конструктором В. П. Стешенко (тогда ему не было и тридцати) уже весной 1961 года приступил к разработке новой модели «ЗАЗ-966″. В ноябре того же года опытный образец был продемонстрирован на ВДНХ.
Но освоение «966-й» модели задерживалось — только в 1967 году она пошла в серию. Объемы производства росли очень медленно. В 1965 году было выпущено только 40 тысяч автомобилей. В планах на 1970 год была заложена цифра в 150000 автомобилей. Но только к 1973-му году завод смог довести выпуск до 100 тысяч машин в год. Причин тому было много. В конце 60-х годов все силы и средства были брошены на строительство «ВАЗа». Кроме того, Хрущев был смещен, его место занял Леонид Брежнев. Летом 1960-го Леонид Ильич, тогда еще Председатель Президиума Верховного Совета СССР, лично проехался на «ЗАЗ-965″ по Кремлю. Официально машину он одобрил. Но на деле… Леонид Ильич был хорошим и страстным водителем. Кроме того, похоже, он придерживался лозунга «Дженерал Моторс» начала 50-х годов: «Это женщина должна быть маленькой, а машина должна быть большой!». В общем, не лежала шоферская душа Брежнева к этой козявке. Что и сказалось на судьбе «ЗАЗа»: внимания заводу, расположенному в области, где он когда-то был первым секретарем, Брежнев уделял очень мало.
Так и закончилась история еще одной идеи Никиты Хрущева. Хотели, как лучше, а получился… «Запорожец».